Теперь наука обогатилась работами А. А. Зимина, В. И. Корецкого, Н. Е. Носова, Р. Г. Скрынникова, М. Н. Тихомирова, С. О. Шмидта и других. Не все из мыслей Веселовского разделяются современными исследователями, впрочем, и между ними самими не существует полного согласия в понимании эпохи Ивана Грозного.
Большие споры о личности царя шли также в кругах религиозных историков.
Эти материалы не очень широко известны, а ведь внимательное изучение документов эпохи позволило сделать вывод о безосновательности многих обвинений в адрес Иоанна IV Грозного.
Суть претензий к царю, которые можно опровергнуть, сформулировал историк-публицист В. Манягин:
1) Причастность к смерти святителя Филиппа;
2) Убийство собственного сына, царевича Ивана;
3) Собственноручное убийство св. Корнилия Печерского;
4) Многожёнство (семь-восемь жён);
5) Деспотический образ правления.
Мы остановимся подробно лишь на некоторых пунктах, но затронем их все. Начнём с номера первого.
Новгородская третья летопись, под летом 7077 сообщая об удушении свт. Филиппа, называет его «всея Русии чудотворцем», то есть летописец говорит о нём как об уже канонизированном святом. Это значит, летописная запись составлена лишь через несколько десятилетий после событий. Затем и Мазуринская летопись за 1570 год, сообщая о смерти святителя, прямо ссылается на его «Житие», которое было составлено не ранее самого конца XVI века. Разница между событием и летописной записью составляет около 30 лет!
Обвинения царя в убийстве свт. Филиппа (хотя правильнее было бы говорить о распоряжении его убить) восходят к четырём первоисточникам: уже упомянутым летописям; сочинениям князя А. Курбского; воспоминаниям иностранцев И. Таубе и Э. Крузе; соловецкому «Житию». Все без исключения составители этих документов являлись политическими противниками царя.
А. Курбский, будучи командующим русскими войсками в Ливонии, вступил в сговор с польским королём Сигизмундом, и изменил во время боевых действий. Получив за это награду землями и крепостными в Литве, лично командовал военными действиями против России: польско-литовские и татарские отряды под его рукой не только воевали русскую землю, но и разрушали православные храмы, что он сам не отрицает в своих письмах к царю. Как источник информации о происходившем в России после 1564 года не достоверен не только в силу своего резко негативного отношения к государю, но и просто потому, что жил на территории другого государства и не был очевидцем событий.
«Очевидцы событий, Таубе и Крузе составили через четыре года после суда пространный, но весьма тенденциозный отчёт о событиях», — так пишет о других источниках ведущий специалист по русской истории этого периода Р. Г. Скрынников.
«Житие» митрополита Филиппа тоже написано противниками царя Иоанна уже после его кончины, и содержит много фактографических ошибок. «Житие» составлялось со слов 1) оклеветавших святого монахов, чьи клеветнические показания сыграли решающую роль в осуждении мтр. Филиппа; 2) со слов бывшего пристава Семёна Кобылина, охранявшего святого в Отрочьем монастыре и не выполнившего своих прямых обязанностей, а быть может, и замешенного в убийстве. Разумно ли принимать слова этих людей на веру, даже если эти слова приняли форму жития? Вполне понятно их желание выгородить себя и подставить других.
Сами факты суда над святителем, лишения его сана, ссылки и мученической кончины не подвергаются сомнению. Но обвинение Ивана Грозного в том, что это совершилось по его повелению, не имеет под собой никаких серьёзных оснований. Кстати, точно также нет доказательств убийства гроссмейстера Фюрстемберга железными палками, о чём сообщается иностранными посланниками. Покойный, как нарочно, пишет письма брату через 12 лет после своей «смерти»!
Наиболее известный русскому читателю факт — убийство царём своего сына Ивана. Но вот владыка Иоанн (Снычёв) утверждает, что различные версии об этом убийстве голословны и бездоказательны, «на их достоверность невозможно найти и намёка во всей массе дошедших до нас документов и актов». (См. Митрополит Иоанн Ладожский, «Самодержавие духа», СПб.: Царское дело, 1995, стр. 135).
И это действительно так.
В Московском летописце под 7090 годом читаем (здесь летописи цитируются по Полному собранию русских летописей): «преставися царевич Иван Иванович»; в Пискарёвском летописце: «в 12 час нощи лета 7090 ноября в 17 день … преставление царевича Ивана Ивановича»; в Новгородской четвёртой летописи: «Того же [7090] году преставися царевич Иван Иванович на утрени в Слободе…»; в Морозовской летописи: «не стало царевича Ивана Ивановича».
Нет и намёка на убийство.
Француз на русской службе Жак Маржерет сообщает (курсив наш): «Ходит слух, что старшего (сына) он (царь) убил своей собственной рукой, что произошло иначе, так как, хотя он и ударил его концом жезла… и он был ранен ударом, но умер он не от этого, а некоторое время спустя, в путешествии на богомолье». (См. «Россия XV–XVII вв. глазами иностранцев», стр. 232).
Подтверждение тому, что ссора и смерть царевича разнесены во времени и не связаны друг с другом, служит также запись во Втором Архивском списке Псковской третьей летописи. Здесь под летом 7089-м записано о ссоре — тоже, как о слухе: «Глаголют нецыи, яко сына своего царевича Ивана того ради остнем поколол, что ему учал говорити о выручении града Пскова». А под летом 7090-м сообщается о смерти царевича: «Того же году преставися царевич Иван Иванович в слободе декабря в 14 день». Летописец никак не связывает два факта: ссору царя с царевичем в 7089 году и его смерть в 7090.
Только так называемый Мазуринский летописец связывает эти факты, но тоже отмечает, что это слухи («о нём же глаголаху»), а смерть царевича, как следует из текста, наступила через болезнь. Кстати, Иван Грозный после смерти сына несколько дней в отчаянии просидел у гроба царевича.
По поводу болезни можно сказать определённо: это было отравление сулемой (хлоридом ртути HgCl2). В 1963 году в Архангельском соборе Московского Кремля были вскрыты четыре гробницы: Ивана Грозного, царевича Ивана Ивановича, царя Феодора Ивановича и полководца Скопина-Шуйского. Учёные обнаружили, что содержание мышьяка примерно одинаково во всех четырёх скелетах и не превышает нормы. Но в костях царя Ивана Грозного и его сына обнаружено наличие ртути, намного превышающее допустимую норму.
В. Манягин пишет:
«Данные этих исследований позволили утверждать, что царевич Иван Иванович был отравлен (см. „Итоги“, № 37 (327), от 17 сентября 2002 г., стр. 38–39). Содержание яда в его останках в 32 раза превышает предельно допустимую норму. Таким образом, современная историческая наука косвенно опровергает версию об убийстве царём Иоанном Васильевичем своего сына».
Сомнительна также и смерть по вине царя преподобномученика Корнилия. Первоисточник сведений о его кончине — летопись, составленная иеродиаконом Питиримом в XVII веке, то есть несколько десятилетий спустя. Вот запись:
«…во времена же бывших потом на земли России мятежей много злая пострада и, наконец, от тленного сего жития земным царём предпослан к Небесному Царю в вечное жилище, в лето 1570 февраля в 20-й день на 69 году от рождения своего».
Эта фраза никак не может служить доказательством того, что преподобномученик принял смерть от руки Царя.
Ещё один источник — церковная служба преподобномученику. Первая служба была составлена в 1690 году, через 120 лет после кончины святого. А современная служба, в которой сказано: «к безумию склонися Царь грозный и смерти ты предаде; тем же и освятися твоею кровию обитель Псково-Печерская», — вообще написана в XX веке, и совершается с 1954 года. Участие царя в грустной судьбе преподобномученика ни из чего не следует.
Спорна даже датировка смерти святого. Архимандрит Алипий (Воронов) указывает на то, что «в отношении даты кончины преподобного Корнилия мнения историков расходятся». Академик С. Б. Веселовский согласен с датой 20 февраля 1570 года. Митрополит Евгений датирует кончину игумена Корнилия 1577 годом. Н. М. Карамзин пишет: «Иоанн отсёк голову Корнилию … в 1577 году», хотя в другом месте склоняется к 1570 году. Исследователь Н. Серебрянский усомнился даже в месте совершения события: «Следует думать, что мученическая кончина преподобного Корнилия, согласно преданию, произошла не в монастыре, а во Пскове, только не в 1577 году». Курбский относит это событие к 1575 году.
Как же можно обвинять царя в убийстве святого, если даже дата и место смерти вызывает споры? А ведь и причины убийства называются разные. Также неясен способ убийства. Вот варианты: убиение жезлом; убиение «орудием мучительским» через раздавливание; усекновение главы мечом. Есть ещё вариант печерского предания, повествующий о том, что убитый царём св. Корнилий идёт за ним по пятам, держа в руках отрубленную голову, умирая только тогда, когда Грозный раскаивается и начинает молиться.