Когда она стала подростком, было ей лет четырнадцать, отец не приехал. Его ждали, искали, но так и не нашли. Он пропал в поездке вместе с сопровождением и всем товаром. Но девочка так и осталась жить в отчем доме вместе со своей тёткой, пока замуж не вышла.
Отец оставил ей хороший дом в Среднем городе, что был приданным жены и перешёл дочери. Да сумму небольшую, двести солов. Могло быть и больше по деньгам, да только перед поездкой отец хорошо вложился в товар, да не вернулся. Сгинул с концами.
Так и осталась Рада сиротой. Тётка была двоюродной сестрой отца, уже старой. Но жили они дружно, хотя и скромно. Тётка травки знала, да с некоторыми магическими ингредиентами умела работать. И Раду учила, как могла. У девочки был дар, крохотная искра силы, достался от мамы. У той в роду маги были, самые настоящие. А вот у Рады капля была, но помогала она, эта капля, в приготовлении зелий, бальзамов, притирок, да сборов. Тётка Ружана знала, как эти крупицы можно использовать, пока готовишь. Учила Раду, а потом они в лавку продавали знакомому аптекарю.
Аптекарь Тарон был старым знакомцем тётки Ружаны. Покупал по честной цене, а когда узнал, что товар улучшился, и Рада его силой напитывала, так и цену сразу повысил. Даже к магу ходил проверять, да не от недоверия, а чтобы понять, какую силу Рада вкладывала в каждый пузырёк, и насколько усиливала действие. На то и жили, не трогая накопления. Тётка строго настрого велела не трогать, оставить на самый крайний случай. Вот Рада её и слушалась.
А потом девушка встретила молодого человека. Гуляла на празднике в честь города, да и встретила. Одевалась она хорошо, деньги у них были. Сама она была хрупкая, приятная, вся такая домашняя. Даже волосы и цвет глаз у неё был уютный, медово-шоколадный.
Проводил её Мо́рин до дома, сдал на руки тётке, познакомился с ней, да и стал ухаживать за девушкой. Свадьбу через год сыграли. Скромная был она, ведь денег у молодых не много было. Решили они жить у Рады в доме, ведь был он просторный, двухэтажный. Уговорил Морин и маму подселить, ведь Ружана старая была, зрение её подводило, нужна была помощь. А через полгода тёти не стало. И вот тут всё стало меняться в жизни девушки. Муж стал меньше внимания уделять, мама его, Тара, начала потихоньку наседать на невестку. Всё той было не так: и ленивая та, и о муже мало заботится, всё со своими зельями да притирками возится.
И постепенно, совсем незаметно, Рада превратилась в служанку для семьи Сторм. А муж совсем прекратил её замечать. Рада стала подозревать, что он налево пошёл, ведь иногда пахло от него женскими духами. А уж она хорошо чувствовала разные оттенки запахов, ведь давно работала с травами, цветами, да другими ингредиентами.
А потом ей встретился Нора́н. Она шла с рынка, неся авоську, да не заметила, что она прохудилась снизу. Вот по дороге домой низ не выдержал, и всё вывалилось на дорогу. Неожиданно молодой мужчина подбежал к ней и помог, настояв, что донесёт авоську до её дома. Слово за слово, и они познакомились.
И закрутил её Нора́н, завлёк своими комплиментами. Не заметила сама, как однажды оказалась на свидании с ним, да в отдельной комнате. Потом, позже, она простить себе не могла, не понимала, как согласилась с ним уединиться. Эйфория от встречи, от его любви, а он признавался в чувствах, делал комплименты и мечтал о ней. Говорил, что любит, что им нужно быть вместе. Но как она оказалась там, в комнате, она уже плохо помнила. Голова словно в тумане была, поэтому, как она там оказалась, так и не смогла понять.
Мо́рин появился совсем неожиданно. Ворвался в комнату, да стал её обвинять в неверности. Говорил, что подозревал, да следил, и вот всё открылось ему. Поймал её на горячем, с любовником в койке. А потом и мать его прибежала, да так орала, весь квартал, верно, слышал. А потом, Нора́н, её милый Нора́н сказал страже, которая заявилась на эти вопли, что предлагала она ему семью Сторм отравить: и мужа своего, и мать его. Вот так. Поэтому её сразу и забрали, да посадили в темницу.
Разобрались с её делом быстро. Никто её слушать не стал. Хотя нет, выслушали, но не поверили, и разбираться не стали. Вот тогда она и поняла, что жизнь её кончена, вокруг неё один обман. Муж отсудил дом, да наследство, а судья сослал её в Гиблые Пределы, отбывать наказание за покушение на жизнь уважаемой семьи Сторм. Были они никто, а вот стали уважаемыми.
Совсем дурой-то Рада не была. Поняла, что и муж, и мать его, и Нора́н, они все сговорились, чтобы лишить её всего, а потом избавиться как от мусора. Вокруг был один обман. Вся её самостоятельная жизнь была обманом.
Тогда она и сдалась. Она не стала есть, отдавая свою порцию тем, кто был рядом с ней. Её перевели в тюремную больницу, но это особо не помогло, ведь и там она не ела. Ра́да просто ждала. И однажды дождалась.
Глава 3
Я аж вздрогнула, когда проснулась от легкой тряски за плечо. Вынырнула из сна, как из кошмара. Ничего себе судьба у девчонки. Это получается, ей лет двадцать один-двадцать два было. Жалко эту Раду, слишком уж она наивная оказалась.
Сверху до меня донеслось тихим голосом:
— Уважаемая Рада Ла́ви, вас доктор спрашивает.
Спросонья и не поняла, что от меня хотят:
— Рой, это вы? Давайте завтра, чего на ночь глядя идти-то.
Секунды тишины, а потом возмущенный шёпот:
— Да как это, утром? Доктор велел, значит, нужно идти. Уважаемая Рада, просыпайтеся. Завтра может поздно быть, так доктор сказал. Надо сейчас. Торопитесь, скоро комендантский час будет, и не выпустит уже стража. Давайте, вставайте.
Я и не поняла сначала, кто меня будит, погрузившись в сон и наблюдая за жизнью девочки, чью жизнь я теперь проживаю. Неужели это действительно теперь моя жизнь? Я так до конца и не смогла поверить в действительность происходящего. Теперь я совсем другой человек. А как же моя жизнь там? Что случилось со мной в той жизнь? Неужели я умерла? И почему та, моя первая жизнь, для меня как будто в тумане? Знаю, что жила другой жизнью, знаю своё прошлое, но что со мной случилось? Почему я оказалась в теле этой молодой женщины? Странно, но я была слишком спокойна, зная, что там я оставила всю свою жизнь. Кстати, а что именно я там оставила? Это память меня подводила, или я ещё не освоилась здесь?
Так я и размышляла, пока мы шли к доктору. Меня сопровождал не только Рой, но и стражник, что пришёл вместе с ним. Вокруг были узкие коридоры, стены из дикого камня, низкие потолки, да узкие окошки, забранные решётками. Света было мало, поэтому тени ложились по стенам, создавая зловещие карикатуры. Да, местечко, конечно, неуютное.
Пришли мы быстро, поднявшись на этаж выше. Здесь было приятнее: коридоры шире, окна больше, да и света тоже. Дикий камень исчез, стены были ровными и окрашены в светло-бежевый оттенок. Комната, в которую меня ввёл Рой, была кабинетом. И за большим столом сидел доктор Торк, читая. Он быстро кинул взгляд на нас, убрал документы, что читал, и молча показал мне, куда можно сесть. Стул был не очень удобным, жестковат, так как сделан был из дерева, а мягкая сидушка, как вы понимаете, отсутствовала. Но хоть стоять не нужно было.
В комнате доктора даже было некое подобие уюта: приятный оттенок стен, небольшое количество картин, на полках стеллажа кроме папок с документами я увидела книги, да некоторые безделушки, добавляющие уюта комнате. Однако смотреть по сторонам он мне не дал, завладев моим вниманием.
Здесь освещение было лучше, под потолком светил шар света, держащийся на металлическом каркасе. Странный шар. Должны же быть свечи, но где они? И каким это образом светится сам шар, если нет электричества?
Доктор прочистил горло, и я перенесла всё внимание на него, кинув на него внимательный взгляд, рассчитывая за разговором понять, что он за человек, и как может мне помочь.
Был он крупным мужчиной, но крепким. Симпатичный на лицо, взгляд у него был спокойный, располагающий. Удивительно, мне кажется, что в любом мире доктор остаётся доктором. Была у доктора некоторая общность с нашими врачами, особенно эта похожесть наблюдалась с нашими хирургами.