— Уважение твоего господина делает мне честь. Но на данный момент у меня нет тех сведений, которые он просит.
Посланец посмотрел на него, прищурив глаза.
— Но ты можешь их получить.
— Не думаю, что об этом кому-либо известно, но для того, чтобы угодить твоему господину, я поинтересуюсь.
— Было бы желательно, чтобы ты узнал об этом в ближайшие недели.
— Понадобится много недель. Царский двор начинает перебираться в Фивы.
Посланец покачал головой.
— Нужно будет подождать, пока жизнь снова войдет в свое русло, — сказал Маху.
Посланец взвесил мысленно все за и против, оценил возможности Маху.
— Было бы удивительно, если бы женская страсть слишком долго оставалась неутоленной, — с ядовитой улыбкой произнес посланник.
Маху взглянул на вазу и спросил:
— Надежны ли ваши источники?
— Более чем.
Маху согласно кивнул и встал, давая понять посетителю, что беседа закончена. Тот последовал его примеру, хитро улыбаясь. Маху смотрел на него снизу вверх, так как был маленького роста, а его поза говорила о том, что он уже готов подталкивать гостя к двери.
— Да будет насыщенным твой день, — сказал посетитель, — и Хорус пусть следит за тобой своим оком.
— Здоровья и процветания, — пожелал ему Маху в ответ, открывая дверь.
Не успел еще посланец дойти до лестницы, как Маху позвал охранника, который стоял перед дверью.
— Ты и Мутемнес, следуйте за этим человеком, куда бы он ни пошел. Я должен знать обо всех его встречах. Пусть еще двое следят за ним ночью. Смотрите мне, не соблазнитесь подкупом, — посоветовал он угрожающе. — И никому ни слова, никому! Вы меня слышите? За это вы отвечаете головой. За хорошую работу будете вознаграждены. Идите, следите за ним!
Он окинул комнату взглядом, взял полотенце, чтобы вытереть пот с лица, затем завернул вазу в полотенце и спустился по лестнице в сопровождении своего обычного эскорта.
Он шел в Царский дом.
Скрип дерева по каменным плитам; грохот палет, на которые переезжающие погрузили наиболее тяжелые вещи из царского имущества: трон, кресла, столы, сундуки; прерывистое дыхание и крики старших мастеров звучали под высокими потолками Царского дома. Пыль и резкий запах пота и джута, которым были обернуты все вещи, висели в просторных комнатах. Тараканы, мыши, скорпионы и сколопендры, которым удалось ускользнуть от бдительных слуг, носились везде, заканчивая свое земное существование под старыми сандалиями интендантов. Главный дворцовый интендант, Смотритель мебели и их помощники, ответственные за транспортировку, беспокойно следили за этой суетой. Им помогала целая армия писарей. Двое из них стояли у дверей и отмечали на папирусе каждую вещицу, каждый сундук и каждый тюк, которые покидали дворец. Вооруженный пером и чернильницей, еще один писарь вносил в список номер каждого свертка. На выходе из дворца все свертки и тюки грузились на тележки, которые везли к кораблям. Все имущество должны были отправить на лодках вверх по Великой Реке до самых Фив под присмотром все тех же писарей и охраны. Все прекрасно знали, что на реке разбойничали пираты и что драгоценное царское имущество неизбежно вызвало бы у них приступ жадности. Кроме того, на каждой лодке было по пять вооруженных стражников, а на двух больших кораблях были размещены по сорок вооруженных до зубов воинов, готовых отразить возможную атаку пиратов.
— А статуи? — спросил главный интендант.
— Согласно воле принца статуи умерших царя и царицы останутся здесь.
Интендант кивнул головой.
— Архивы дворца?
— Их присоединят к общим архивам, пока царь не примет другого решения.
Спустился Маху, начальник охраны. Он направился к Уадху Менеху, который следил за ходом работ, и заявил:
— Я должен немедленно видеть царя.
Первый распорядитель моргнул.
— Это будет трудно сделать, он сейчас составляет список своих вещей, которые хочет взять в Фивы.
Четыре человека, тяжело дыша от усталости, тащили вниз по лестнице со второго этажа огромный ящик.
— Это очень важно, — сказал Маху.
Уадх Менех направился к лестнице. Спустя несколько мгновений он вернулся и пригласил Маху подняться. Сменхкара вместе со своим Хранителем гардероба рассматривал одежду и другие предметы туалета, разбросанные везде — на постели, на полу, на сундуках. Как только вошел посетитель, удивленный Сменхкара прервал свое занятие. Маху поклонился и попросил позволить ему побеседовать с будущим царем наедине. Сменхкара предложил ему выйти на террасу.
Не говоря ни слова, Маху вытащил завернутую в тряпицу вазу и поставил ее на край ограждения. Сменхкара взял ее в руки, внимательно изучил, а потом посмотрел на Маху.
— Красиво. Что это?
— Плата за выполнение тайного задания, которое я считаю бесчестным, мой царь.
— Кто ее предложил?
— Некий посланник, мой царь.
— Кто его к тебе направил?
— Я еще не знаю точно.
— Что за тайное задание?
— Следить за будущей царицей, мой царь.
Сменхкара удивленно вскинул брови.
— С какой целью?
— Я не осмеливаюсь сказать, мой царь.
— Я слушаю! — нетерпеливо произнес Сменхкара.
— Прости меня, мой царь, но задание состоит в том, чтобы узнать, есть ли у нее любовник, и если да, то выведать, кто он.
Лицо Сменхкары покраснело от гнева. Значит, уже его личная жизнь поставлена на карту. Его разыгрывают, как кусок свинины.
— И что ты сделал? — спросил он, когда к нему вернулось самообладание.
— Я притворился, что принимаю его предложение, мой царь, чтобы он не обратился к кому-либо другому, кого легче будет уговорить.
— Ты правильно сделал.
— Мой царь, еще я приказал своим людям следить за этим человеком днем и ночью и докладывать мне обо всех его действиях и о тех людях, которых он посетит в Ахетатоне.
— Очень хорошо.
— Итак, как только он ушел от меня, он отправился во Дворец царевен и попросил о встрече с царевной Макетатон от имени господина Ая.
Сменхкара сделал глубокий вдох.
Значит, вот оно что! Раз у него ничего не вышло с Меритатон, Ай пытается повлиять на Вторую царскую супругу. У него появилась еще одна цель: теперь он намеревался отомстить и Меритатон. Нет никакого сомнения в том, что в лице Макетатон он нашел преданного союзника.
Впервые Сменхкара задумался, не отдать ли распоряжение убить Ая. Этот старый шакал вел против него настоящую войну. Но почему он стремится узнать, есть ли у Меритатон любовник? Как он хочет использовать эти сведения? Какую роль в его планах по завоеванию трона могла играть супружеская измена царицы? Сменхкара смог предположить лишь одно: ребенка мужского пола, рожденного Меритатон, хотят признать незаконнорожденным. Но кто может это сделать? Ай больше не является членом Царского совета.