Принца Свена, позаботиться о маленькой проститутке.
Как и все условно-разумные, падкие на экзотику, скандинавы не оставят без внимания такой экзотический цветок. Так что, если не дура и будет держать язык за зубами, глядишь, ещё и замуж выйдет.
Но это в том случае, если у босса якудзы, жесткого и страшного Кацу Кэтсэру, хватит силы воли и мужества умереть от жажды.
Ну, или здоровье подведёт. Инсульт какой-нибудь там случится. Или инфаркт. Работа у забравшихся не вершину пищевой цепочки паразитов нервная. И очень вредная для нормального существования организма. Так что, если и отдаст концы, то я не виноват. Ну, почти.
Юмико спала, Лена и Бэмбик выздоравливали, я досматривал очередной фильм и, наконец, якудза сдался.
- Хорошо, я подпишу. - Он даже не сипел. Он шептал растрескавшимися губами, собирая последние силы. - Только дай воды!
- Не-а! - По детски замотал головой я. - Знаю я вашу породу. Наебёшь ведь. - Я развернулся, с сделал несколько шагов, давая понять, что его проблемы меня нисколечко не волнуют.
Поскольку действие происходило в кромешной тьме, ужас Кацу Кэтсэру достиг критической точки. И, он в истерике забился головой об пол.
- Дай! Во! Ды! - На грани слышимости шипел он, пытаясь ползти вслед за звуком моих шагов. - Умоляю!
- Так ты точно хочешь подарить "Чёрную сакуру" госпоже Азуму Оониси? - Участливо поинтересовался я, не обращая внимания на его истерику. - Добровольно и понимая, что делаешь?
- Д-да! - Выдохнул он. И я уж собрался вытащить его из стазиса прямо в кабинет. - Но этот упёртый, на собственную беду, продолжил. - Й! Во! Ды-ы!
- Хрен тебе, а не воды. - Сожалея, произнёс я.
Интерфейс сканера показывал, что бандит находится на последнем издыхании. Внутренние органы вот-вот начнут отказывать один за другим. Так что, Кацу Кэтсэру стал для меня отработанным материалом. Неудачной попыткой решить свои проблемы за его счёт.
Что ж, бывает. В рискованных делах нужно быть готовым к любому исходу событий. Да и, всё равно, какую-то часть своей жизни я должен был потратить на ожидание. Так что, я ничего, в сущности, не потерял.
Работающие на непонятных для меня принципах медкапсулы, чётко обозначили нужное для выздоровление Оленевой время. На выходе в реальный мир её ждали большие дела. И ещё много вопросов, как у руководства Военно-Магической Академии, так и у других, не менее заинтересованных лиц.
Так что, я уж совсем было собрался снова завалиться на топчан, как Кацу Кэтсэру вдруг обречённо завыл.
- Подпишу-у!
В его зверином плаче была такая безысходность и понимание того, что он в любом случае не жилец, что мне прямо стало... а вот и нет. Нисколечни не жалко. Но и радостно мне тоже не было.
Одним паразитом во Вселенной станет меньше. Ведь вы не будете жалеть или праздновать отравив, к примеру, крысу. Или убив крота? Вот и я не особо печалился о судьбе босса японской мафии. А уж про угрызения совести и вовсе упоминать смешно.
Я вытащил главаря гурэнтай за шкирку в реальный мир и, перед тем, как развязать, ещё разок дал для острастки по ушам. В любом случае, лишним не будет. Голова бандита бессильно дёрнулась из стороны в сторону а я, брезгливо взяв его за подбородок и крепко сжав пальцы, спросил.
- Что нужно делать?
- Открой сейф. - Слова вылетали из его глотки на грани слышимости. - Там лежит моя личная печать и гербовая бумага нашего клана.
- Говори код и давай ключи. - Протянул руку я и предупредил. - Смотри у меня, без фокусов.
По разочарованной гримасе, выражающей крайнее сожаление понял, что сюрприз всё-таки был. Но, скорее всего представлял собой поставленный на боевой взвод пистолет. Так просто. И так предсказуемо.
Отказа я не ожидал, так как Кацу Кэтсэру уже был сломлен. И только отчаянная надежда на чудо и искренне вера в мою неизбывную дурость, заставили его сделать последнюю попытку выйти победителем из ситуации, в которую загнал себя сам. Тогда, когда взял заказ у Принца Коджи на меня и моих девочек.
Ключи лежали у него в кармане брюк. Забирая оружие, я не обратил внимания на занимавшие совсем немного места, столь важные в жизнь любого условно-разумного предметы. Код к сейфу тоже подошёл с первого раза. И вскоре, развязанный мною и крепко удерживаемый за шею Кацу Кэтсэру оформлял дарственную на настоящее имя Юмико.
Думаю, проведшая в этом заведении целых восемь лет, маленькая гейша правильно распорядится свалившимся на её голову богатством. Да и у других главарей гурэнтай дарственная господина Кэтсэру не должна вызвать удивления. Ибо сцену его ухода в мир иной я собирался обставить соответствующе.
Пока Кацу Кэтсэру писал и заверял иероглифы собственной печатью, я слегка выпотрошил сейф, оставив половину наличности, чтобы не вызывать подозрения.
Деньги я планировал отдать Юмико, так как был уверен, что кроме голых стен и долгов по зарплате персоналу, представители славного племени гурэнтай девушке ничего не оставят.
Так что, эта скромная сумма в несколько десятков тысяч долларов, поможет ей встать на ноги, рассчитаться с наёмными работниками и первое время платить за крышу.
Когда, теперь уже бывший, владелец доходного бизнеса закончил, и с упоением хлебал из выданной мною бутылки пива я, не желая оставлять отпечатки пальцев, натянул на ладонь рукав и взял исписанный и заверенный печатью листок гербовой бумаги.
Искрещенный водяными знаками, изображавшими драконов и змей, он всем давал понять, что этот серьёзный документ составлен представителями уважаемой и противопоставляющей себя остальному обществу касты. И шутить с предъявившим его не стоит не в коем случае.
Положив дарственную в сейф я, так же держа через ткань, отправил туда печать и захлопнул дверцу. Ключи отправились в карман брюк Кацу Кэтсэру, а его самого я толчком зашвырнул в стазис. Голоса сирен слышались всё отчётливей, так что нужно было поторопиться.
Финальную сцену я предполагал разыграть в комнате Юмико. Так сказать, на её рабочем месте. Поднявшись на второй этаж, и войдя в помещение я, за шиворот, выволок Кацу Кэтсэру и, окончательно освободив его от пут, уложил его рядом с маленькой гейшей.
А потом засунул ствол пистолета ему в рот. Всё должно выглядеть естественно. Мозги, по неизвестной причине покончившего с собой босса якудзы, должны остаться на подушке, заляпав при этом хорошенькую головку Юмико. Ну, а мне, пожалуй, пора.
Перед тем, как сделать выстрел я критически оглядел картину и немного засомневался.