а не частная лавочка типа рыночной площади. Всё, Витя, не зли меня. Отдавай бумаги в работу. И…
Куратор замолчал, глядя на набычившегося первого секретаря.
— Ты, действительно, пока не понимаешь, какое тебе счастье привалило в виде этого парня. Твой край станет вторым, после Москвы, производителем микропроцессоров на которых станут работать твои заводы. Я уеду, а ты пригласи Евгения для «поговорить». И разработайте план инновационных инвестиций. Или как там правильно? И сроку тебе до середины восемьдесят четвёртого. Не поймёшь, как тебе повезло, точно поедешь в Чехословакию. Да! А эти планы, чтобы в течение недели были приняты в горсовете.
— Я всё равно обязан уведомить куратора, — буркнул первый секретарь крайкома.
— Он уже в курсе и ждёт твоего звонка. Звони сейчас при мне.
* * *
Через неделю территория Дальзавода от второго дока до железнодорожного моста и от площади Луговой до реки Объяснения перешла в аренду совместному Советско-Французскому предприятию. Францию представлял Фонд Делаваля. В общей сложности фонду отошло двенадцать гектаров земли, во втором, так сказать, центре города. Владивосток растянут вокруг побережья Амурского залива, бухты Золотой рог и бухты Тихая. Площадь Луговая соединяет дорогами три из пяти районов города: Первомайский, Ленинский и Первореченский. Через Ленинский можно было попасть во Фрунзенский, а через Первореченский — в Советский район. Вот такая у нас простая городская планировка. Если взорвать бомбу на площади Луговой, городу кирдык. Эхэ-хэ… Это было раньше в двухтысячных годах имелись мосты, развязки и объездные магистрали. Да-а-а…
Я знал, почему развалился первый док. Первопоселенцы называли это место — гнилой угол. Почему? Да, потому, что тут вытекало, стекало с сопок множество речушек и ручьев и сия низина попросту была огромным болотом. В конце концов низину засыпали, а основную речку Объяснение' заключили в бетонное русло. Однако… Ха-ха… Водичка дырочку найдёт, как говорится. Вот она и нашла дырочки в плохо подготовленном бетоне.
Я не собирался восстанавливать сухой док, так как пока не планировал строить большие корабли. Мне в Японии строили небольшой плавучий док до пяти тысяч тонн грузоподъёмности, длиной сто двадцать, шириной тридцать пять метров и погружной осадкой до двенадцати метров. В него можно будет загнать два средних траулера рыболова длиной по сорок пять метров. Ну, или одну «Варшавянку» дляной восемьдесят восемь метров. Хе-хе…
Я собирался расчистить остатки сухого дока, укрепить стены бетонными блоками и провести дноуглубительные работы. Длина дока была сто девяносто пять метров, вот эти метры я и собирался использовать, поставив сюда плавучий док. Но это всё в перспективе. Сейчас же я ждал представителей компании Мицубиси. Они хотели сделать оценку земельного участка и документов по землеотводу. После этого мы с Мицубиси создавали совместное предприятие и приступали к возведению цехов крупно-детальной сборки автомобилей, на восемьдесят процентов предназначенных для продажи во Франции.
Японцы не хотели продавать свои автомобили СССР. Вернее, хотели, но им не разрешали Американцы. И мы придумали такую схему. Они продают Французской фирме «Делаваль», а французская фирма «Делаваль» продаёт машины в СССР. Причём, машины даже не пересекают границу. Но и во Францию автомашины Мицубиси я продавать собирался.
Почему я выбрал именно Мицубиси? Концерн выпускал разнообразную продукцию, от автомобильной техники, до стиральных машин, телевизоров, кондиционеров и теплоходов и был готов расширять производство и главное рынки сбыта.
Только в девяносто первом году Мицубиси построила завод NedCar, как совместное предприятие с Вольво. В две тысячи первом Мицубиси выкупила своих партнёров и стала единственным владельцем. В девяносто девятом году компания выпускала автомашины вместе с Рено и рядом других Европейских заводов. Однако в России начала девяностых продажи Мицубиси были минимальны. Например, в девяносто первом компания продала лишь пятьдесят новых автомобилей, а в две тысячи шестом — пятьдесят семь тысяч двести. То есть я точно знал, что Мицубиси хотели продавать машины не только в Европе, но и в СССР. И знал ещё точнее, что в восьмидесятые годы деньцнаки у советских граждан имелись в огромных количествах. Пока их не ограбило правительство Ельцина.
Они мне и строили плавучий док.
* * *
[1] Шелупонь или шелупень — мелкие преступники, сброд (жаргон).
Производство микрочипов мне приносило громадные доходы, а Британии приличные поступления в казну, поэтому я не продавал лицензии. Появилось много аналогов, но бренд процессоров и персональных компьютеров «Рэйнбоу» лидировал в продажах как профессионального, так и домашнего компьютерного оборудования. «Рэйнбоу» захватила широкий сегмент рынка не только компьютеров, но и игровых приставок, «карманных» игр и калькуляторов. Мы были первыми в реализации известных мне идей, закреплённых лицензиями в США и Великобритании, а значит и в изготовлении, и в продаже.
Основные производства всей линейки товаров «Рэйнбоу» были налажены в Тайване после запуска завода по производству чипов. Трудовые ресурсы здесь были объёмные, а трудящиеся массы покладистее, терпимее, исполнительнее и аккуратнее.
С правительством Китайской республики Тайланд мы нашли взаимопонимание, и я, как Джон Сомерсет, получил вид на жительство и построил себе небольшой отель на берегу залива Ханимун Бэй, отличавшегося неплохими волнами и обилием серфингистов. Они как бабочки на огонь слетались со всего мира на организованный моей Тайской командой молодёжный фестиваль. Идею фестиваля поддержало правительство Тайваня, и мне даже ничего не надо было делать, только дать денег, согласовать проект гостиницы на тысячу мест, которую возвели за три месяца, и план мероприятий фестиваля, разрекламированный в нескольких мировых молодёжных изданиях, посвящённых сёрфингу. Пришлось учредить небольшой призовой фонд для участников соревнований и карнавала.
За три года фестиваль сёрфинга стал традицией, и тысячеместной гостиницы стало не хватать уже на третий сезон. Пришлось расселять прибывших гостей в палаточном городке. Тенденцию роста спроса мы отметили сразу, и в тот же год поставили ещё две гостиницы, одну гостиницу такую же, как первая, эконом класса, а для третьей проект выбрали чуть круче. Гостиница получилась с випномерами и бассейном. Её поставили на взгорке, и прямо из бассейна можно было наблюдать за пируэтами мастеров морской доски, или просто видом на покрытый волнами залив.
Кроме автомобильных сборочных цехов, на бывшей территории «Дальзавода» к концу восемьдесят третьего года стояло ещё три сборочных цеха: по сборке холодильников, кондиционеров и стиральных машин. А в марте восемьдесят четвёртого мы выставили на выставку-продажу первый десяток микроавтобусов «Delica», пять малолитражных автомобилей «Mitsubishi Tredia», три внедорожника «Pajero»,
На наших проспектах красовались и другие модели, например: «Mitsubishi Chariot», микрогрузовик «Mitsubishi L200 Express» и автомобиль люксового класса «Mitsubishi Debonair Executive