- Было бы побольше боеприпасов, - ворчал Дубенцов, - ей-богу, сделал бы заряд пороха и подорвал. Уж очень интересное место!
- Вот еще беспокойная натура! - посмеивалась Анюта. - Не все же бывает возможно, могут быть и невозможные вещи. Не прошибешь же гору лбом!
- Невозможное всегда нужно сводить к нулю, - вытирая пот рукавом, сказал Дубенцов.
С большой неохотой покидал он распадок. На выходе даже остановился и долго еще копался на дне небольшого ручейка. Потом сердито сплюнул, с силой кинул рюкзак за спину, поглубже надел шляпу.
- Пошли, Анюточка.
Шагая, он думал о чем-то своем, потом сказал:
- Я еще вернусь когда-нибудь в этот распадок. Так его оставлять нельзя.
В следующем распадке, расположенном ближе к горловине Безымянной, геологи встретили сплошной крупнозернистый гранит. Сразу же на входе в распадок их внимание привлекли порыжелые кварцевые жилы, рассекающие толщу гранита наискосок в трех местах.
Дубенцов первым стал взбираться на откос к жиле кварца. Тем временем Анюта стала подыматься по дну распадка. Она раньше достигла кварцевых жил, и ее молоток застучал там в глухой тишине.
- Витя, скорей иди сюда! - вдруг закричала она. - Посмотри, что здесь!
Дубенцов кубарем скатился с откоса и через минуту был рядом с подругой.
- Серебряный блеск! - вскричал он, взяв в руки первый отколотый девушкой камень. - Ты удивительно счастливая, Анюта!
Они принялись дробить молотками породу, стараясь лучше вскрыть жилу, которая становилась все толще по мере того, как уходила вглубь.
- Какая богатая жила! - задыхаясь от напряжения и возбуждения, воскликнул молодой геолог. - Сплошная руда!
Убедившись скоро в том, что жила действительно богата, взяв несколько образцов руды, они решили взбираться на эту невысокую сопку, чтобы обследовать ее вокруг. С вершины сопки они увидели, что одна ее сторона, южная, обрывается у горловины Безымянной, другая, северная, разрезана большим распадком, спускающимся к Безымянной вверх по ее течению от горловины. К востоку, в противоположную от реки сторону, сопка примыкала к скалистой горе, подымающейся метров на сто выше макушки сопки.
Геологи решили прежде обследовать большой распадок, что уходит к северу. По березняку они прошли к его вершине и стали спускаться по узкому желобу дна. Кончился кустарник, начались голые камни, кое-где покрытые травой.
- Тьфу, тьфу, чтобы не сглазить! - заговорил Дубенцов улыбаясь. - Если в этом распадке окажутся рудоносные жилы, то вся сопка лежит на богатейшем месторождении серебра, цинка и свинца - они ведь всегда встречаются вместе.
Они дошли до половины распадка, но жилы не обнаружили. Из трещин в камнях стала сочиться вода, образуя небольшой ручей в низине. Ноги скользили по мокрым, слизистым камням, идти становилось все труднее. Цепляясь за лопухи, которые росли здесь густой массой, геологи осторожно спускались все ниже и ниже, как вдруг очутились у отвесного обрыва метров десять высотой. Ручей с шумом падал туда, звеня в глухой тишине. Дубенцов обследовал обрыв и убедился, что спуститься по нему невозможно.
- Придется возвращаться, - сказал он, - и по склону сопки пробираться к подножию. Оттуда подымемся вверх по распадку до этого обрыва.
Так они и сделали. Входя в распадок от реки, геологи встретили шумный и быстрый ручей, бегущий из сумрака трущобы,
- Посмотри-ка, Анюта, - указал Дубенцов на ручей, - здесь получается естественный шлиховый анализ. Легкие породы должны уноситься водой, а тяжелые будут осаждаться на порожистом дне ручья. Покопаемся-ка в песке.
Они сбросили рюкзаки, напились холодной воды и стали разрывать песок на дне ручья, выкладывая его пригоршнями на камни. В первых же пригоршнях оба сразу увидели массу темно-серых зерен руды. Геологи переглянулись.
- Клад! - вскричали оба в один голос.
- Боже мой, почти одна руда!.. - тихо простонала Анюта, любуясь песком.
Оставив рюкзаки у ручья, они почти бегом бросились вверх по распадку. Бегло осматривая породу, подымались все выше и выше, забыв про усталость. До подножия обрыва, который преградил им спуск полчаса назад, они добрались очень быстро, но ничего похожего на выходы руды не обнаружили. Анюта уже готова была разочароваться, как вдруг Дубенцов воскликнул:
- Смотри, смотри!
Он показывал на обрыв, по которому с шумом бежал поток. На смытой поверхности обрыва сквозь светлые струи воды отлично выступали две горизонтальные жилы кварца, каждая по меньшей мере полтора-два метра толщины. Судя по пестроте серых с блестками и белых цветов жил, они были рудоносными. В этом геологи убедились тотчас же, как только их молотки застучали по породе.
Они провели здесь более двух часов, долбя породу, изучая руду и беря пробы. Потоки водопада давно выкупали их, не оставив сухой нитки, но геологи совсем не обращали внимания на это обстоятельство.
Солнце клонилось к вечеру, когда Дубенцов и Анюта, нагруженные до отказа образцами рудоносной породы, вышли из распадка.
- И еще одна мысль беспокоит меня, - заговорил Дубенцов, когда они присели на солнцепеке, чтобы немного обсушиться. - Когда мы были на вершине этой сопки, ты не обратила внимания на скалистую гору, что подымается к востоку, смыкаясь там с этой сопкой? У меня сложилось такое впечатление, что та гора и эта сопка когда-то составляли один массив. Но в последующем вся эта глыба теперешней сопки, подмытая рекой, или, может быть, по другой причине, чуть сползла в долину. Нужно обязательно осмотреть ту гору.
- Видишь, насколько ты наблюдательнее меня, Витя, - задумчиво, с искренней завистью произнесла Анюта. - Мне ведь и в голову не пришла эта мысль, да я почти и не обратила внимания на ту гору. В таком случае, нам нечего долго здесь рассиживаться, но пути обсохнем.
Через полчаса они были у подножия скал горы. Оставив здесь рюкзаки с образцами, геологи стали взбираться по расщелинам на скалы. Здесь они обнаружил» обильную вкрапленность свинцового блеска, которая выходила в обнажениях в виде отдельных очагов, внешне не связанных единой цепью. К вечеру Дубенцов и Анюта были почти у вершины скал, один лишь небольшой уступ отделял их от макушки. Но этот уступ был сложен из очень древних мраморизованных известняков без признаков сохранившихся окаменел остей, и геологи не стали взбираться на него Перед спуском вниз они присели на очень удобной площадке отдохнуть. Солнце катилось книзу. Геологи так заморились, что первые несколько минут сидели молча, отдыхая.
- Между прочим, я все хотела сегодня сказать тебе, Витя, одну неприятную вещь, - заговорила, наконец, Анюта. - Я эти дни смотрю на тебя, и мне кажется, что ты совсем забыл обо мне. Охотно говоришь с Пахомом Степановичем, занимаешься своим дневником, толкуешь об обнажениях, а меня словно и не замечаешь. Помнишь, ты как-то сказал, что наша дружба - следствие того, что судьба случайно столкнула нас в таких необычайных условиях. Но, может, встретившись со мной в другом месте, при иных обстоятельствах, ты и в самом деле не заметил бы меня в толпе?