– Ты, и правда, очень сообразительна, – устало вымолвил некромант. – В своё оправдание скажу, что без разрешения на призыв души, ничего бы не вышло. Нас бы поймали, а потом… потом судили. Возможно казнили. Пока я лихорадочно соображал, как его получить, Вайрос сам со мной связался…
– Почему молчал тогда? – спросила недоумённо.
Некромант шмыгнул носом.
– Привычка. Привычка соблюдать излишнюю осторожность, всё должно было быть максимально естественно, тем более мы подозревали магистра Айзека Форда. Одно неосторожное слово и весь план мог провалиться… – он поскрёб макушку, отстранился немного, чтобы видеть моё лицо. – Я не хотел ничего от тебя скрывать, рассказал бы в любом случае…
– Я знаю, – улыбнулась непринуждённо, совершенно не злясь на некроманта. Да и за что злиться? Он ввязался в эту авантюру ради меня и молчать был вынужден. – Нас правда могли казнить за призыв души?
– Легко… – устало кивнул он.
– Спасибо тогда… – поблагодарила от всего сердца. Ради меня (не считая отца и Марики с Адой), никто ничего подобного не делал.
– Просто поцелуй меня и считай мы в расчёте, – абсолютно серьёзно заявил этот непроходимый наглец. И глаза такие серьёзные.
– У вас лицо в чешуе… – пробормотала смущённо, слукавив. – Потом… – буркнула, соскочив с ящика.
– Я запомню, – усмехнулся он. – Не вздумай пожаловаться на девичью память.
Я закатила глаза и подошла к пыльному окошку, за которым маячили мертвяки.
– Куда сначала? В дом или хозяйственные постройки? Кажется, там ещё какой-то домик есть…
– Это баня, – бесстрастно произнёс некромант. – Вряд ли бедолагу засунули в баню. Есть-то ему что-то нужно. Кстати… – он встал и повернулся ко мне, задумчиво потирая переносицу. – Форд уже, скорее всего, в курсе, что его «свистулька» у нас, он точно попытается связаться с кем-то из своих сообщников. И за нами придут, пичужка… Точнее, не за нами, за артефактом. Но нас, с большей вероятностью, убьют.
– Убьют? – я иронично вскинула бровь. В этот самый момент из зелёной дымки материализовался Дружок. Лич маячил в воздухе и письма при нём не было. Значит, приказ выполнил и вернулся ко мне. Нашёл безошибочно. – Посмотри на наших питомцев, кто осмелится убить нас?
Ректор хохотнул, в уголках пронзительных глаз рассыпались лучики мелких морщин, на щеке появилась забавная ямочка. Какой он… красивый всё-таки, когда смеётся…
– И то верно… – улыбнулся и махнул рукой. – В таком случае, прикажи своему ручному личу… что нужно, то и прикажи. Я смертельно устал… – он лёг на ящики со старым хламом, прикрыв глаза…
Состояние некроманта настораживало. Нам срочно необходимо было подкрепиться, помыться и отдохнуть… иначе нас точно убьют.
– Ты отлично справился, Дружок, – похвалила я, и в пустых глазницах лича вспыхнул едва заметный огонёк. Всё-то он понимает, хоть и мёртвый давно. А ведь он был когда-то некромантом… возможно таким же сильным, как и Яр Килан, но не справился с даром смерти и был поглощён им… – Упокой мертвяков на улице и постарайся найти здесь на территории живого человека. Колина Гримуар, только найти, упокаивать его не нужно, – пояснила на всякий случай и очень явственно представила немного неуклюжего с рыжими вихрами сына старой ведьмы.
Лич растворился в воздухе, а меньше через пару минут, мы уже свободно могли выйти из своего убежища. И силы тратить не пришлось.
… Зубастик счастливо скакал рядом. Уверена, он всё ещё надеялся на бутерброды…
Перешагивая трупы, мы продвигались вслед за личем, который уверенно вёл нас за дом. И честно, без его исключительного чутья и умения проникать в любые… дыры, преодолевать любые преграды, мы бы ни за что сами не нашли сына ведьмы.
Колин сидел в землянке. Нет, скорее в погребе, но этот погреб был надёжно скрыт пожухлым дёрном и вход был замурован цепью и огромным замком, который некроманту пришлось разрубать топором.
Тайный вход уходил глубоко под дом. Внутри царила сырость и темнота, пахло плесенью. И ступени вели в землянку не самые надёжные, хлипкие…
Я зажгла на ладони сферу, хотя магия плохо освещала, больше мерцала, но это лучше, чем ничего. Стало видно, куда ставить ногу.
– А-а-а! – тишину надвигающейся ночи разорвал душераздирающий вопль.
– Колин с Дружком познакомился, – усмехнулся ректор, держа меня за руку.
… Зубастик остался наверху сторожить вход.
– Надеюсь, у юного ведьмака крепкое сердце… – пробормотала философски.
Лич, как мы выяснили, не нападает без команды и вообще очень послушный, но вот за сына ведьмы я не могла ручаться. В глубине землянки что-то грохнуло.
– Убирайся, чёртова нежить! Я не твой хозяин! – раздался очередной вопль.
– Колин, прекрати! Это мы! – выкрикнула я и только потом осознала, как абсурдно прозвучали мои слова. – Мы – это Алеса Шин и Яр Килан. Дружок! – позвала я, и лич тут же материализовался передо мной. Его выходы из туманной дымки уже не вызывали во мне желания передёрнуться. – Побудь наверху, спасибо за помощь, – поблагодарила, как если бы нежить была живым человеком.
– Ты всегда такая искренняя, – с нежными нотками в голосе прошептал некромант, губами касаясь моей щеки.
– Сейчас не время… – пробормотала смущённо и двинулась вперёд. – Колин?
– Я здесь! – испуганно отозвался ведьмак. – Пожалуйста… – всхлипнул он.
Я призвала магию и создала пять сфер настолько ярких насколько смогла. Бледно-желтоватое сияние медленно, словно нехотя разгоняло мрак по углам.
… Колин сидел на полу. От его лодыжки к металлической трубе, что выводила на улицу для вентиляции, тянулась толстая цепь. В углу стояло ведро для нужд, а в другом – две миски.
– Боже праведный… – выдохнула сдавленно, покрываясь мурашками. – Они его… как собаку… – сглотнула, бросив тревожный взгляд на некроманта. Чертовски уставшего и… злого.
– Грязные ублюдки… – мрачно выругался он и со всей мощи ударил топорищем между звеньев.
Цепь подпрыгнула, наложенная на неё магическая защита пошла рябью, но на этом всё: осталась цела и невредима. Я обескураженно причмокнула губами.
– М-да… Я не сильна в защитных плетениях…
– Я тоже, – тяжко вздохнул некромант и нервно усмехнулся. Я понимала его чувства… понимала, как он истощён, что едва стоит на ногах, а тут это…
Колин обнимал себя за колени и казался таким несчастным, что щемило сердце. Сальные волосы, чумазое осунувшееся лицо, впалые зелёные глаза и глубокие тени под ними. Даже представить жутко, сколько его здесь продержали…
– Что нам делать теперь? – жалобно всхлипнул он, смотря на нас с такой надеждой и ожиданиям, что… Я отвернулась. Ещё чуть-чуть и не сдержала бы слёз. Так расчувствовалась. – Когда услышал шум, испугался сначала, а потом подумал… вдруг всё-таки кто-то решил меня спасти. Хотя… кому я нужен-то? Сын старой ведьмы, живущий на болотах… И тут такая удача, только, похоже, я прикован здесь навечно…
Видимо, о мертвяках на поверхности он ничего не знал. Вот удивится, когда поднимется… Их некогда довольно уютный (насколько это возможно у тёмных колдунов) двор сейчас устилали полуразложившиеся мертвецы.
– Не ной, – поморщился ректор, сжимая пальцами переносицу. – У нас выдались дьявольски тяжёлые сутки… просто дай пару минут на размышление.
– Попробую магией… – пожала плечами я.
– Нет, – остановил некромант, схватив меня за запястье. – Может прилететь отдача. Мы не знаем, что это за заклинание и каким будет эффект от магического вмешательства.
– Тогда… может, некромантией? – предположила неуверенно, вскинув бровь.
– Я всё перепробовал, – грустно улыбнулся Колин. – Может, так и не скажешь, но я потомственный ведьмак… И когда матушка готовилась отойти на тот свет, передала мне всю свою силу, ни капли не пожалела.
– Всю силу? – удивилась я. – А такое вообще возможно?
– Возможно… – уныло отозвался он. – Только… я всё равно не смог снять с тебя проклятье.
– А пытался? – недоверчиво хмыкнул ректор.
– Ещё как… – вздохнул Колин. – Я почему здесь оказался… Потому, что хотел получить от министерства разрешение на призыв души, чтобы у маменьки спросить, как снять проклятье, она ведь сама не успела, хотя обещалась…