Епиха уткнул глаза в песок и пробормотал:
— Но ты же сама…
— Да, — сказала Юлька. — Я сама. Передача такая есть, там моя тезка выступает. Подвернулся ты в такой момент, когда мне надо было Ереме насолить. И все!
Она хотела в довершение этой тирады добавить что-то совсем сокрушительное, типа: «И не липни ко мне больше, и глаза свои не пяль!», но почему-то не стала этого делать. То ли потому, что жалко стало добивать Епиху, то ли потому, что ей вдруг подумалось, что Механик ей вчерашнюю выходку вообще не простит. И попросту сосредоточится на Райке. Что тогда? Любоваться на них издали или пешком бегать в Лузино или Знаменск кавалеров сшибать? За этих кавалеров Механик ее попросту пристрелит… А Епиха вот он, вполне нормальный и крепенький парнишка. Еще чуть-чуть подрастет, подкормится, накачается — и не заметишь, что на восемь лет моложе.
В результате Юлькина декларация получила иное завершение:
— Так что насчет высоких чувств — это не про нас. Просто охота побеситься, понимаешь? И не как у нас раньше было — две к одному, а со своим отдельным…
Тут Юлька без особого трепета провела ладонью по Епихиным плавкам. То, что там скромно полеживало, сразу отреагировало.
— Хулиганка ты… — пробормотал Епиха.
— Да! — гордо объявила Юлька. — Я вообще без тормозов. И у меня могут всякие желания проявиться. Самые сумасбродные, понял?! Такие, с какими бы я к Ереме ни за что не сунулась… Если ты не готов — лучше сразу скажи и запомни, что у нас ничего никогда не было и не будет. Тогда считай, что у меня здесь (Юлька пошлепала себя по трусикам) амбарный замок висит, и ключ от него ты фиг когда получишь.
— А какие желания-то? — похлопал глазами Епиха.
— Всякие… — ухмыльнулась Юлька, неожиданно подняла ноги вверх, согнула в коленях и стянула свои плавочки к лодыжкам, а затем одним движением стряхнула на песок. Потом для полного кайфа и верхние треугольнички сбросила.
— А сейчас мы будем играть с тобой во «Всяко-разно, это не заразно»! — хихикнула она. — Это значит, что я тебе буду свои любимые позы показывать. Ты будешь вставлять, а потом сразу же вынимать, понял? Сначала повторим пройденное…
И Юлька, опрокинув Епиху навзничь, уселась на него верхом — так, как в первый раз там, на чердаке. Потом сразу же высвободилась, перекатилась на спину и уложила Лешку между ног. Так у них было во второй и третий раз…
— Нормально выучил! — одобрила она. — Пять баллов! Ну, переходим к новому материалу…
НЕЗАПЛАНИРОВАННАЯ ВСТРЕЧА
Швандя к этому времени уже добрался до автовокзала в облцентре и купил билет, чтоб ехать в родной район. Автобус должен был прибыть еще не скоро. Решил пройтись по рядам мелких торгашей — так просто, чтоб время убить.
Неожиданно его окликнули:
— Здорово, рыбачок!
Швандя обернулся и увидел Ухана, рядом с которым блестел потной лысиной «партайгеноссе Борман».
— Привет, — отозвался Швандя с легкой настороженностью.
— Ну как половил? — спросил Ухан.
— Так себе, — Швандя показал ведро с подлещиком и мелочью.
— А что, нормально! — похвалил Ухан. — Засушишь к пиву.
— Я не умею, — мотнул головой Швандя. — Хотел в муке зажарить.
— Это зря, — вступил в разговор Борман. — Если хошь, могу научить, как сушить. Ничего хитрого нет. Берешь крупной соли, засыпаешь ей рыбу, потом ждешь, пока соль из рыбы всю воду вытянет, и вывешиваешь на солнце вялиться…
Швандя покивал, принимая все это к сведению, но думал совершенно о другом. Не очень ему нравилась эта встреча на автовокзале. Тем более, что оба братка фигурировали в информации, которую Механик поручил довести до Басмача. И то, что они появились тут одновременно, Шванде ужас как не нравилось. Неужели они что-то знают? Может, у Механика в команде тоже их стукачок имеется? Или вообще они с Механиком заодно какую-то хитрую заморочку разыгрывают? Во влип…
На самом деле никаких особо злодейских замыслов ни Ухан, ни Борман против Шванди не таили. Напротив, заметив его на автовокзале, они долго думали, прежде чем к нему подойти.
Вообще-то сегодня у них были сплошные обломы по всем вопросам. Переговоры с Ларевым никакого результата не дали, Шура Казан поехал не в ту степь, где его дожидались, а напоследок, когда Борман позвонил гражданину, которого знал под кличкой «Клобук» (к телефону надо было звать Ивана Эдуардовича), женский голос ответил, что Иван Эдуардович в отъезде и будет только завтра во второй половине дня. То есть сегодня никаких конкретных ЦУ от него ждать не приходилось. Решили было плюнуть и разъехаться по домам, а завтра после обеда созвониться. Но когда проезжали мимо автовокзала, Ухан решил сигарет купить, а Борман решил с ним за компанию прогуляться. Вот тут-то они и заметили Швандю.
— Нехорошо будет, если он нас вместе запеленгует! — озаботился Ухан. — Наверняка Витюше доложит…
— Ну и что? — Борман чувствовал себя более уверенно, хотя его порядком волновало то, что Шура Казан отклонился от маршрута. — Конторы у нас дружественные, Шура с Витей — кореша, напрягов и спорных вопросов нет. Сколько банкетов совместных было — я и с тобой, и со Швандей на брудершафт пил. Чего прятаться? Это как раз хреновей всего. Тогда и у Шванди подозрения появятся, а через него и у Вити. Надо, наоборот, открыто подойти, поздороваться по-дружески, сходить пивка попить… Ты, кстати, говорил, помнится, будто Швандя единственный, кто этого самого Механика в натуре видел? Может, он нас просветит маленько, как ему удалось тогда живым остаться? Да и вообще хотелось бы про Механика узнать побольше.
Вот после этого обмена мнениями они и подошли к Шванде. Ну и дальше действовали по намеченной линии…
— Так что, — закончил Борман свою лекцию по технологии производства сушеной рыбы, — через пару дней можешь рвануть пивца под рыбца.
— Да, — сказал Швандя, пряча свою настороженность, — при такой жаре — пиво вещь полезная.
— А может, и правда, пивка рванем? — предложил Ухан. — Вон там, в «Баварии», очень клево подают. Холодное и неразбавленное, по немецкой технологии.
— Клевая идея! — поддержал Борман. — Знаю это место. Дойче бир ист зер гут! И креветки там на тараканов не похожи, крупняк.
— Да у меня автобус через час, — сказал Швандя. — Это называется не пиво пить, а только расстраиваться…
— Фигня все это! — отмахнулся Ухан. — Плюнь ты на автобус! Я на тачке — подброшу.
— Да у меня билет куплен…
— Е-мое, пятнадцать рублей пожалел! Ты, блин, Швандя или Швондер по национальности? Если ты Швандя, то должен все пропить, но флот не опозорить, а ежели Швондер — тогда-таки извините нас…
— Хрен с вами! — согласился Швандя. — А рыба не стухнет? Если часов на пять засядем, она у меня кверху пузом повсплывает в ведре…
— Да у меня там хозяин знакомый! — сказал Борман. — Он ее солью засыплет — довезешь в лучшем виде и завтра с утра сушить повесишь.
В общем, Швандя последовал за братанами в пивняк. Хозяин действительно быстренько организовал засыпку рыбы солью, а пиво оказалось холодным и неразбавленным. И отварные креветки были вполне приличные. Столики были полированные, кружки чистенькие, высокие, из чешского стекла, а под донца, чтоб не царапать полировку столика, выдавались бумажные салфеточки, на которых был изображен толстобрюхий баварец в шляпе с перышком и коротких штанишках с пивной кружкой в руках. Вокруг картинки готическими буковками было написано: «Bierstube „Bayern“» — «Пивная „Бавария“», а внизу красовались в состыкованном виде два трехцветных флажка — черно-красно-желтый и бело-сине-красный. Пониже значился старый лозунг, времен покойной ГДР, который, должно быть, здешний хозяин или его германские партнеры сочли достаточно актуальным: «Дружба — Freundschaft!» Правда, на салфетке, которая досталась Шванде, какой-то трезвомыслящий приписал шариковой ручкой: «…а табачок врозь!»
Выпили по кружке, потом еще по одной. Швандя наскоро сочинил сказочку о том, как ловил рыбку большую и маленькую, потом всеведущий Борман рассказал, как прошлым летом ездил к другану на Селигер и вытащил там семь лещей по два кило каждый. Ухан тоже вспомнил рыбацкую историю — про то, как от него полуметровая щука ушла. Все волнения Шванди помаленьку растворились в пиве, стресс ушел, компания показалась приятной, а жизнь прекрасной и удивительной.
После третьей кружки Борман спросил:
— У вас сегодня дела еще есть, «басмачи»?
— Да вроде нет, — ответил Ухан. — Витя сегодня обещал не трогать. Швандя тоже, по-моему, никаких вводных не имел.
— Точно! — подтвердил тот. — Я вообще два отгула за прогулы имею.
— Так, может, закатимся ко мне? — пригласил Борман. — Десять минут на тачке. Выпьем за дружбу между конторами, погудим… Если под настрой — баб снимем. Звякну одному дырочнику — хоть по три штуки на рыло привезет. И за бесплатно.