нас ни в чем не обвиняет.
— Врешь?.. — шипела я, хватаясь за стакан.
— Нет, Милослава. Они перевернули весь дом, пасеку и даже мамину фирму, но так ничего и не нашли. Ордер на обыск единственное, что им удалось получить. Не ной! Тебе сейчас лучше не нервничать. Все позади, бывает, люди работают, а ситуация и правда сложилась не в нашу пользу.
Я подавилась и заскулила:
— …н-не в нашу пользу?.. Так это теперь называется?! Мы самая образцовая семья на весь дом! Да как у них только глаз в нашу сторону повело!
— Если бы ты не удалила тот блог, проблем было бы меньше!
— Если бы я его не удалила, мать бы с ума сошла!
— Мать видела все эти комментарии и без того! Очнись, Милослава! Неужели ты думаешь, что она могла пропустить это мимо глаз?!
— Не может быть…
— Дурная что ли?! Да она сама готова была его удалить, просто не знала как. Дан сказал, она звонила ему буквально за день до твоего выпада, он обещался, но просто забыл. Две кулемы! Одна испугалась за другую, а нам теперь разгребай. Нет бы поговорить спокойно!
Я вжалась в подушку и прикрыла лицо руками. Неужели, она решила, что меня может это как-то шокировать?.. Конечно я расстроилась, но в тот момент больше переживала, что мать с ума сойдет, и вообще не предала этому значения, а она, значит, сделала все то же самое, и наверняка думала о чем-то в стиле: Милослава увидит, и вообще замуж выходить не захочет.
— Олег нас прибьет.
— Олег уже собирал твои вещи.
Я скинула одеяло:
— Нет! Как я буду от него в институт ездить?!
— Успокойся! Как собрал, так и разобрал! Отец выставил его пинком под зад, чтобы остыл. Все! Все перебесились, конфликт исчерпан, ты в сознании, это главное. Сейчас за простуду, получишь, и на этом все, возвращаемся к нормальной жизни.
— В сознании? — я задрала руку с катетером. — Третьяк… Сколько я здесь уже лежу?
— Сейчас, — Треня глянул на смартфон. — Пятнадцать тридцать. Суббота. Значит ночь и пол дня.
Я забегала глазами по палате.
— Где мой телефон?
— У меня, на, — кинул он его на кровать.
— Почему выключен?!
— Потому что таким нам его из органов вернули!
Он наверняка звонил, матч ведь завтра, а значит сегодня вечером этот опять будет не абонент. Надо же хоть удачи пожелать!
Только экран загорелся, я ткнула на волчью мордочку и прижала телефон к уху, но он пискнул и погас.
— Есть зарядка?!
В крайнем случае, Ольга наверняка знает, что случилось, а значит, кто-нибудь ему да рассказал…
Дверь в палату отъехала.
— Мила! — завизжала мама, едва переступив порог. — Хвала богам!
— Не ори, — придержал ее отец за локоть. — Первый раз как будто! Устроили, чтоб вас. Сказали к обеду будет в сознании, на держи. Чуть-чуть не уложилась.
Мама подскочила к кровати. Мы обнялись и заплакали.
И надо же было так влипнуть…
Олег приехал через час со всей семьей, но даже он больше интересовался моим здоровьем, пытая врача по каждому пункту в мед карте, чем думал нас хоть как-то упрекнуть. Ближе к вечеру, когда в моей палате уже собрались вообще все, только Дан тяжело вздыхал и виновато озирался, проклиная свою наследственную забывчивость, остальных же больше занимали дети, которые были готовы разнести больницу в щепки.
Хорошо брат забыл удалить тот блог, ведь так мы с матерью заслуженно поделили этот стыд на двоих. Больше никаких додумок друг за друга, будет нам уроком, ведь у каждого из нас своя жизнь, и лучше бы делиться своими переживаниями с близкими и слушать их, чем решать за них, как для них хорошо, а как плохо.
Палата опустела только когда врач пригрозил вызвать охрану, чтобы выпроводить мою сумасшедшую родню подальше отсюда, и вообще больше никогда не пускать. Мне принесли кучу еды, мой вышивальческий набор, ноутбук и еще уйму сумок, в которые я даже заглядывать не стала, ведь уже завтра я отправлюсь долечиваться домой.
Даже ОРВ на этот раз было без осложнений, но стресс и утомление явно добавили пару делений на градуснике, ведь, как выяснилось, я провела в отделении аж пять часов, а эти сердобольные Красных выдернули своего адвоката чуть не из здания верховного суда. Вовек не сочтемся. Зная Людмилу Бояновну, и копейки с нас за эту услугу не возьмут, только и будут причитать, что для своих сотрудников им ничего не жалко, и пусть я там на одну десятую ставки с перспективой.
Телефон валялся на тумбочке рядом с кроватью и пищал каждые пять минут. Ольга и Благана наперебой уточняли сюжет нашего семейного триллера, и обещались прийти при первой же возможности, девчонки из группы распределяли с кого какие конспекты, а Тихомир даже ни разу не позвонил…
Я со вчерашнего вечера на звонки не отвечаю, только тогда пропущенных еще не было, а теперь не прибавилось. Может он вообще не в курсе? Обидно так-то, подруги на взводе, семья в ужасе, даже Илья уже два раза позвонил, а этому хоть бы хрен.
На кой черт он себе телефон завел? Чтобы я ему сама названивала, когда шарика яблочного мне мало покажется? Днем же ему звонить бесполезно, телефон он с собой не таскает, наверняка чтобы никто не узнал, что он у него есть, псевдо-суеверные его мозги! Всего один раз первым набрал, и тот когда спешил мне о привороте рассказать.
Я стиснула телефон в руках и натянула одеяло на голову. Не буду звонить! Будет ему уроком, нашелся тут, пуп земли. У меня теперь как будто вся жизнь должна идти по расписанию его матчей… С этим “смотри его глазами” все понятно, но моими глазами кто смотреть будет?! Привык все приметы к себе сводить и меня, видимо, под эту гребенку подмял. Не звоню, ну и ладно, так что ли получается?
Меня отключили от капельницы, взяли анализы, и по лицу врача было понятно, что прогнозы хоть и хорошие, но не настолько чтобы выписывать меня завтра же.
Часы на стене тикали с оглушающим дребезгом, я пыталась поспать, время близилось к восьми, но зажатая в руках трубка уже хрустела от моего мертвого хвата.
Может, он знает, что я в больнице, просто разбудить не хочет? Ждет, пока проснусь?
Я подскочила, нажала на вызов и зажмурилась. Сдалась и пол дня не прошло! Совсем разбалую… Уже выключил наверное и медитирует сидит.
— Я звонил тебе раз пятьдесят! — зарычал Тихомир после первого же гудка. — Какого черта происходит?!
Я